Конья разная
С Коньей у нас получается знакомиться по частям – слишком мало времени мы там проводим, день-два. На нее, конечно, надо больше, чтобы посмотреть все интересное. Но то, что Конья очень разная – старая и современная одновременно, меняющаяся до неузнаваемости через пару улиц, видно сразу. Когда-то столица Румского султаната продолжает хранить свой прежний дух в виде старых мавзолеев и мечетей, древняя вязь вплетается в современность, становясь визитной карточкой города.
Фото из последней поездки в Конью – такие же разные, как и сам город.
Очень мне нравится этот жилой комплекс на пути в центр города, придающий этой части Коньи футуристический вид.
Трамвай до Аладдина). Современный технодизайн и сельджукский орнамент.
Мы остановились в том же отеле Hich, что и в прошлый раз. Кафе во дворике теперь тоже оборудовано библиотекой, в которой есть книги даже на японском.
А в кафе внутри отеля – винилы.
Вот такой огромный багряник расцвел по соседству.
В этот раз у нас не хватило времени посетить музей Мевляны, и мы лишь обошли вокруг него, сделав несколько снимков.
Прямо посреди улицы находится захоронение Ашика Шеми – поэта 18-го века, жившего в Конье.
А на территории музея Мевляны царствует весна.
В предыдущий приезд мы уже посещали это место – мечеть и усыпальницу Шамса Тебризи.
В этот раз муж, пройдя внутрь, смог сфотографировать интерьер и гробницу-кенотаф.
Мавзолей у мечети Шерафеддина, как обычно, облюбован птицами.
Портал мечети Сахиб Ата (13-й в.). Сама мечеть была разрушена огнем в 19-м веке, и была позже восстановлена.
Детали портала.
Вид портала с внутренней стороны.
Красавец-минарет. Их в свое время было два, второй до нашего времени не сохранился.
Старый колодец на углу.
Медресе Сырчалы, тоже 13-й век.
Она оказалась закрыта, и мы лишь пофотографировали через решетку сохранившиеся остатки керамической плитки, которой когда-то были покрыты стены, и детали портала.
От всего этого резного великолепия очень трудно оторваться, хочется исследовать каждый уголок и завиток.
Расположенный здесь район сейчас заселен мигрантами из Сирии, поэтому получил прозвание Халеп Махаллеси – Алеппский квартал.
Многие вывески здесь на арабском.
Заглянув на одну из отходящих улочек, как будто в стамбульский Балат попали).
В Конье, стоит чуть свернуть с центральных улиц, и забываешь, что где-то рядом шумит большой город.
Очень резкий контраст с современными постройками буквально рядом.
У этого здания какой-то курортный вид, сразу начинаешь думать, что ты где-то на море.
Попадаешь в соседний квартал – и привет из Чатал-Хююка с его постройками из сырцового кирпича.
Тем не менее Конье удается сохранить цельность образа, может, благодаря тому, что даже современные здания зачастую имеют шатровый купол, и повсюду нас встречают сельджукские узоры.
Мечеть Ипликчи, одна из старейших в Конье, дата постройки 1201 год.
Многие старые здания сейчас занимают банки и различные учреждения.
Бывшая школа искусств, а теперь полицейское управление.
Это мы идем по направлению к холму Ала-ад-Дина.
А вот и сам холм.
Конья расположена на плато на высоте чуть выше 1000 м над уровнем моря. Окружающие ее горы невысоки, больше напоминают холмы. Поэтому город не защищен от холодных ветров. При температуре выше +20 мне пришлось экипироваться жилетом и толстовкой, чтобы не просквозило. Пока мы дошли до холма Ала-ад-Дина, стал накрапывать дождик, но под конец распогодилось, и на обратном пути уже вовсю сияло солнце.
Возвращаясь с церемонии крутящихся дервишей.
Держим путь, ориентируясь на купол усыпальницы Мевляны.
Проходим мимо аллеи памяти павшим воинам.
У музея Мевляны - конец маршрута.
Коньей очень сильно проникаешься, она каким-то неуловимым образом заставляет ощущать свою совершенно особую атмосферу. Как расположенный неподалеку Чатал-Хююк стал очагом искусства в доисторические времена, так и Конья стала таким же центром развития искусства в сельджукский период, легшего в основу культурных традиций современной Турции. Здесь развивалась архитектурная, религиозная и художественная мысль, достигнув своего расцвета, и, приезжая туда, до сих пор чувствуешь присутствие именно сельджукского духа, которым она пропитана.